В этот день ровно 95 лет назад - в 1918 году - родился Александр Исаевич Солженицын. Один из немногих людей ХХ века, который не нуждается в представлениях. С подробностями - Андрей Светенко в рубрике "Уроки истории" на радио "Вести ФМ". Кто он был? Писатель, диссидент, политик, публицист, философ? Всё вместе. Как ни банально это прозвучит, в его долгой девяностолетней жизни отразились все смены вех и эпох, все изгибы русской истории ХХ века. Так что Солженицын, как бы к нему не относиться, прожил несколько жизней, сам при этом не меняясь и не прогибаясь. На слуху имя Солженицына появилось в годы "оттепели" благодаря "Одному дню Ивана Денисовича" - автобиографической повести ГУЛАГовского зэка. Потом, в брежневский застой, Солженицын станет символом диссидентства, причем в связке с другим столь же весомым именем - Сахаров и Солженицын. И вот же парадокс. Между этими персонажами, как потом выяснится, было настолько мало общего, что просто удивительно и показательно для системы. Советской. Она была против всех: одинаково боролась и с либералами-западниками, и с почвенниками, и со славянофилами. Как будто есть что-то третье, промежуточное. Для любителей копаться в анкетных данных, делая из них руководящие выводы. Отец Солженицына Исаакий Семенович - крестьянин с Северного Кавказа. Мать Таисия Захаровна, урожденная Щербак - украинка, дочь хозяина богатейшего на Кубани фермерского хозяйства. В Первую мировую отец ушел добровольцем на фронт, дослужился до офицерского чина - прапорщика. Погиб еще до рождения сына. Революция низвела семью до нищенского положения. Впрочем, поколение Солженицына - первое, росшее и выросшее целиком и полностью при советской власти. Да, в детстве он не снимал крестика с груди, но в 1936 году вступил в комсомол. Да, в старших классах увлекался литературным творчеством, но поступил на физико-математический факультет. Всё-таки профессия. В Великую Отечественную - служил рядовым в запасном обозе (но настойчиво добивался отправки в офицерское училище) и с февраля 1943 года - на фронте командиром артбатареи. Дослужился до капитана. Несмотря на строгие запреты, вел на фронте дневник. Для него это была проба пера, кое-что отсылал в Москву на рецензию признанным мэтрам. Письма эти вызвали подозрения военной цензуры. В феврале 1945 года капитана Солженицына арестовали и по 58 за "искажение линии партии" дали 8 лет лагерей. В общем, всё как полагается, как у всех. С другой стороны, освобожден был с окончанием срока в феврале 1953 года, что нехарактерно. В 1956 году его реабилитировали за отсутствием состава. Прижизненно, что тоже, к сожалению, было далеко не как у всех. Его путь в советскую литературу тоже оказался улицей с двусторонним движением. С одной стороны, пожалуй, никто, кроме Варлама Шаламова, не писал о репрессиях, о ГУЛАГе столь смело и откровенно, как Александр Исаевич. С другой, в отличие от молодых и прытких - Аксенова, Вознесенского, Евтушенко - ругань Хрущева в адрес писателей, которые не о том пишут, Солженицын воспринимал спокойно, с пониманием, советовался с руководителями. Опять же парадокс, ему очень даже светила Ленинская премия по литературе за 1964 год. Если бы не октябрьский переворот со снятием Никиты Сергеевича. Потом будет жизнь в эмиграции. Казалось, что удел у него один - советы постороннего, навсегда потерявшего родную почву. Но нет. Пришел черед очередного парадокса. Властитель дум, совесть нации вернулся в Россию. И оказалось, мягко говоря, что не очень-то тут он всем и нужен, что как нам обустроить Россию, политики, причем всех мастей, знают и без Солженицына. Нет, почет и уважение обеспечены. И хрестоматийный глянец. Как же - живой классик, лауреат Нобелевской премии. Только ему совсем не этого надо было, а чтобы читали, слушали и выводы делали. Но так ли уж взахлеб мы его читаем? Впрочем, это теперь не его проблема.