Исторический обозреватель радио "Вести ФМ"  Андрей Светенко  проводит параллели между посланием президента РФ Федеральному Собранию, озвученному Дмитрием Медведевым, и событиями начала ХХ века, когда в России собралась первая Дума.   Реформа политической системы в Российской Федерации, о необходимости которой заявил накануне президент, кроме всего прочего, наводит на исторические параллели. И первым делом вспоминается перестройка вертикали, на которую решился в 1905-м году император Николай Второй.             Тогда демонтировать пришлось действительно казавшуюся незыблемой за два века существования - вертикаль абсолютной монархической власти. В которой были запрещены все, подчеркиваю, политические партии. В том числе, так сказать, и возможная "партия власти". Нужды в ней не было. Премьер и члены правительства - назначались царем. Губернаторы и  генерал-губернаторы тоже назначались царем и были ответственны только перед ним. Это понятно. Единственное дыхание "демократии"  ощущалось на уровне местного самоуправления - земских и городских союзов.   Первое послабление на фоне революционных событий 1905-го года царь "выдал" в Манифесте от 6 августа того года. Согласился на созыв Государственной Думы с законосовещательными функциями. То есть, если что понравится из решений парламента, то осуществит от своего имени. Правом голоса наделялись лишь собственники недвижимого имущества, плательщики промыслового и квартирного налога, то есть землевладельцы, домовладельцы и купцы - не более. Это вызвало еще большее недовольство в обществе, забастовки. И до выборов в такую неполноценную Думу дело даже не дошло. 17 октября того  же 1905-го года царь издал манифест,  в котором уже провозглашалось, как незыблемое правило,  чтобы никакой закон не мог воспринять силу без одобрения Государственной Думы. То есть парламент становился полноценным законодательным органом власти. А монархия из абсолютной превращалась, нет, не  в парламентскую, наподобие британской, а в дуалистическую! Потому что правительство  продолжало быть ответственным только перед государем. Равно как и назначения премьера и прочих министров царь ни с кем не согласовывал.              А что касается выборов в Думу, то они хотя и стали всеобщими, но за впечатляющими исключениями. Во-первых, избирательное право не распространялось на женщин (между прочим, такого тогда и нигде не было ни в Америке, ни в Англии), во-вторых, армия была вне политики, генералы, офицеры и, само собой, рядовые  - права голоса не имели. Однако,  самое главное,  с учетом фантастического разрыва в доходах между разными слоями населения, выборы были не прямыми, а куриальными.  Депутатов выбирали не напрямую.   Избиратели избирали выборщиков, которые уже из своего числа определяли голосованием депутатов. При этом курии формировались, скажем так, с учетом императорского фильтра. В зависимости от сословной принадлежности. Квоты же составляли - по помещичьей курии - один выборщик на 230 человек. По первой городской - домовладельцы - один на 1 100. По второй городской - живущие на съемном жилье - один на 15 тысяч 600. По крестьянской - один на 60 тысяч. А по рабочей и вовсе - один на 125 тысяч человек.   Но даже такие, мягко скажем, непропорциональные правила игры - привели к тому, что большинство в Думе первых двух созывов получили так называемые трудовики, то есть,  представители крестьянской массы плюс сельская интеллигенция - священники, врачи, учителя, симпатизировавшие народникам и тогдашним эсерам - социалистам-революционерам.