В эфире радио "Вести ФМ" Анатолий Кузичев, Владимир Соловьев и Сергей Минаев обсудили со слушателями острые вопросы, волнующие российское общество. Соловьев: Вот сейчас, например, появилось дикое количество высказываний: вот уже, якобы, самолет взлетал с середины взлетно-посадочной полосы, что вообще бред, этого быть не может по определению, там просто не вырулить. И вот их пытались вытолкнуть раньше времени, что тоже неправда, потому что они стояли в то время, на которое было запланированы, и в это время и вылетали. Но какие-то вещи вообще не говорят: то, что борт, который ушел перед ними, он тоже тяжело вставал. А борты, которые после них, то задавали детские вопросы ребята с башни: "А вы у нас заправлялись?". И если заправка шла на местном, то говорили: "Вам лучше не надо". Кузичев: Почему? Соловьев: Потому что подозрение на топливо, что плохое топливо. Но, послушай, когда на полном серьезе говорят, что плохой самолет, и мы его закроем! В истории авиации нет "хороших" самолетов, падают любые самолеты. Соловьев: Если верить, у нас же много выступало специалистов и экспертов, летчиков-испытателей, и в этом часе они тоже будут, но если верить той статистике, которую они приводили, причем как будто сговорившись, то за 30 лет эксплуатации Яка-42 из тысяч аварий порядка 3 процентов - это отказ техники, а все остальное, если верить комиссиям, это человеческий фактор. Минаев: А вы давно летали, коллеги, на советских самолетах? Соловьев: Я недавно летал. Дело в том, что на этом типе самолетов летают все. Это распространенный самолет, его внутри делают достаточно приличным, и когда небольшой перелет, по стране таких много. Я уж не говорю про то, что... Минаев: Кстати, Як был относительно свежим. Кузичев: Свежий! Я даже скажу, у Шойгу такой же самолет Як. Соловьев: Но к нему особых вопросов-то нет. Кузичев: Люди летают на Яках. Соловьев: Пока что принципиально непонятно, что произошло. Поэтому сразу бить тревогу и кричать, что плохой самолет, давайте не будем производить самолеты?! Ну, давайте будем белой Африкой. Давайте вообще ничего не будем производить! Давайте напишем крупно, что у нас руки растут из задницы, поэтому мы никогда ничего производить не будем. Мы не умеем делать машины, у нас уже нет судостроения, давайте откажемся от самолетостроения. Не вопрос! А что мы умеем делать? Нефть за нас добывают трансконтинентальные компании. Что мы умеем делать? Минаев: По факту - ничего! Соловьев: Воровать и голосовать. Минаев: Да! Соловьев: Этого достаточно? Хорошо! Давайте будем такой большой страной... Или может быть говорить о том, что принципиально, что если... какая уже по счету, восьмая, да, наверное, такая катастрофа с начала года, и шестая с июня месяца? Кузичев: Да. Соловьев: То тогда надо вообще смотреть все по-другому. Минаев: Абсолютно! Соловьев: Я думаю, что это вопрос системный! Полностью слушайте в аудиоверсии